Самая знаменитая картина Александра Лактионова (1910−1972) — «Письмо с фронта», но её здесь не будет (ну, почти не будет): это полотно вам и так известно — может, даже сочинение в школе по нему писали. Другую популярную картину Лактионова — «Переезд на новую квартиру», с котиком и блестящим фикусом — уже рассмотрели в предыдущем посте. В этой пятёрке будут другие работы художника, которые тоже заслуживают внимания. И котик, конечно, тоже будет!

1. В гостях у внуков

Зима за окном и яркое солнце, гуляющее по комнате. В 2011-м году на аукционе «Сотби» эта картина была продана за 241 тысячу фунтов стерлингов (около 396 тысяч долларов). Когда была написана картина, не сообщается, но справа на стене висит календарь, а на нём — 1966-й год.

2. После операции

Картину А.И. Лактионова «После операции» (1965) можно причислить к лучшим произведениям художника. Это самая яркая картина о врачах в русской живописи, последняя крупная работа А.И. Лактионова, последний и самый серьезный групповой портрет. А по сложности и глубине замысла, мастерстве исполнения, использованным техническим и технологическим приемам – пожалуй, самое серьезное произведение его творческого пути.
На картине изображена реальная обстановка кабинета хирурга Сергея Сергеевича Юдина. Он располагался на втором этаже здания Института скорой помощи им. Н.В. Склифосовского в Москве. Сцена развернута по горизонтали и максимально приближена к зрителю.
Параллельно стене кабинета располагается письменный стол с полкой, нечто вроде большого бюро – красное полированное дерево, золоченый декор, зеленое сукно на столешнице. Слева на подставке и правее на полке – бронзовые бюсты выдающихся хирургов, на стене – множество черно-белых фотографий в рамках с портретами: С.П.Фёдоров, Сезар Ру, И.И.Греков, В.Ф.Снегирёв.
У стола в креслах расположились четыре фигуры. В центре — С.С.Юдин – на голове медицинская шапочка, поверх белой футболки с короткими рукавами – длинный бледно-желтый клеенчатый фартук, закрывающий почти всю фигуру. В руках – колба с консервированной кровью – бесценной тканью человеческого организма.
Колба – центр всей картины, композиционный и смысловой. Вместе с учениками и товарищами по работе в институте С.С.Юдин вспоминает, вероятно, о событиях 23 марта 1930 года. Тогда ему впервые в мире удалось перелить фибринолизную кровь человеку с благоприятным исходом. Три другие фигуры – изображенные на картине — профессора А.А. Бочаров, Д.А. Арапов и Б.С. Розанов были свидетелями и активными помощниками этого события.
Двое слева — в военной форме. Арапов что-то записывает в большой тетради, третья фигура развернута к центру композиции: – на профессоре черный костюм-тройка, серый галстук. По цвету картина довольно сдержана, свет выхватывает из темноты важные элементы происходящего, акцентируя внимания зрителя на лицах участников сцены, центральной фигуре.
Тем не менее, в картине можно отыскать множество натуралистичных деталей. В руке Бочарова – зажженная сигарета, перед ним на столе – портсигар и коробок спичек. Медаль Арапова, ручка, тетрадь и газета в его руках предельно достоверны. Стакан с чаем в руке Розанова, очки в кармане, стопка старых книг на полке, букет ирисов в стеклянном сосуде – детали делятся на равновесные пары и располагаются на одинаковом расстоянии от центра.
Безусловно, важна и их смысловая нагрузка. Колба с кровью – открытие Юдина, определившее тему изображенной сцены и место хирурга в истории медицины. Газета в руках Арапова, возможно со статьей об этом важном в истории медицины открытии, бюсты и фотографии реальных исторических лиц – отношение к ним хозяина кабинета, его предпочтения. А записи Арапова, чай, сигарета в руках Бочарова дают нам временные рамки показанного действия, указывают на продолжительность и характер разговора.
Работа над картиной под предварительным названием «Подвиг ученого», началась в 1961 году. Подготовительные этюды, выполненные художником, были малого размера, фрагментарны и для прямого переноса в картину не предназначались.
Основная работа выполнялась Лактионовым прямо на холсте, когда он начал непосредственно писать картину. Художник привык работать с натуры, поэтому на картине воспроизведен реальный интерьер кабинета. Для портрета позировали Бочаров, Арапов и Розанов.
Куда сложнее было изобразить главного участника сцены – С.С.Юдина тогда уже ушедшего из жизни. Ему пришлось многое пережить. Самый популярный хирург в СССР, дважды лауреат Сталинской премии, академик, член хирургических ассоциаций почти всех европейских стран и США был арестован за шпионаж и приговорен к 10-летней ссылке в Сибирь. Правда, после смерти «вождя народов», в 1953 году С.С. Юдин был реабилитирован, возвращен в Москву, вновь работал и оперировал в Институте им. Склифосовского, но через 11 месяцев умер от инфаркта.
Материалом для образа С.С. Юдина служили фотографии, посмертная маска рук и лица работы скульптора М.П. Оленина, два портрета М.В. Нестерова, бюст работы В.И. Мухиной. Лактионову позировал и брат хирурга, очень на него похожий. Таким образом, С.С.Юдин стал реальным участником сцены, а картина из группового портрета превратилась в нечто большее: здесь переплелись несколько линий портретности, где бронзовые бюсты и фотографии на стене подводят зрителя к идее преемственности, связи времен и поколений от великих и ушедших к ныне живущим.

Александр Лактионов. После операции. 1965. Холст, масло. 154,5 х 220,5 см. Курская картинная галерея имени А. Дейнеки

3. Пушкин в Тригорском

В музее утверждают, что это самая большая в мире картина с изображением Пушкина: 3 на 4 метра. Всю мощь своего дарования художника-гиперреалиста (и много-много краски) Лактионов бросает здесь на ствол дерева: кора там такая фактурная, что невольно присматриваешься: не пробежит ли муравей?

Александр Лактионов. «Вновь я посетил…» («Пушкин в Тригорском»). 1949. Донецкий художественный музей

4. Февраль

Этот небольшой натюрморт — моя самая любимая картина у Лактионова. Февральская погода может показаться прекрасной в единственном случае: когда смотришь на нее, опираясь на подоконник, где лежат апельсины. На картине — домашнее окно художника.

Александр Лактионов. Февраль. 1956

5. Обеспеченная старость

Лактионов вспоминал, что тема достойной старости долго ему не давалась, пока один друг не надоумил его поехать в учреждение, где доживали свой век вышедшие на пенсию одинокие артисты:

— Мне хотелось написать монументальную композицию о счастливой старости. И вот сижу я месяц в мастерской, сижу два, пишу эскизы. И чувствую, что тема, как я ее задумал, изобразительно не выходит, а получается то ли воскресное чаепитие стариков, то ли веселая встреча охотников… Мучился я над композицией, пока мой друг не посоветовал мне поехать в Дом ветеранов сцены, посмотреть, как живут старые актеры. Поехал, познакомился с замечательными людьми, узнал распорядок дня, как они развлекаются, отдыхают, даже, что едят. И мне подумалось, что если я напишу картину — портрет этих актеров, то смогу выразить большую заботу партии и правительства о людях, вышедших на пенсию. С кошкой на руках — украинская оперная певица А.Н. Миленко. Есть, конечно, в этой картине слишком уж постановочные моменты (например, помпезно входящая в «кадр» ваза с фруктами), но вот котик возлежит очень естественно, не придерёшься!:)

Александр Лактионов. Обеспеченная старость. Ветераны русской сцены в доме Всесоюзного театрального общества имени А.А. Яблочкиной. 1956-1960. Холст, масло, темпера, 280 х 310 см. Киевская картинная галерея